Милли жаждала перемен. Усталость от прошлого гнала её прочь из знакомого города, заставляя искать место, где можно было бы забыть о себе прежней. Объявление о вакансии в газете показалось знаком судьбы: требовалась горничная для ухода за особняком Винчестеров. Престижный район, солидная семья, хорошее жалованье — всё это сулило тот самый чистый лист, о котором она так мечтала.
Особняк встретил её холодным величием. Мраморные полы, высокие потолки, тяжёлые портьеры, почти не пропускавшие свет. Миссис Винчестер, хозяйка дома, оказалась женщиной с бесстрастным лицом и тихим голосом. Она сразу оговорила правила: не подниматься на третий этаж после заката, не трогать предметы в кабинете хозяина, никогда не задавать лишних вопросов гостям. Милли кивала, стараясь запомнить каждый пункт. Работа казалась простой, почти монотонной: вытирать пыль, расставлять безмолвные фарфоровые статуэтки, поправлять уже идеальные складки на шторах.
Но постепенно дом начал проявлять свой характер. По ночам с верхних этажей доносились приглушённые шаги, хотя третий этаж, по словам миссис Винчестер, был полностью закрыт. В каминной зале книги на полках иногда оказывались переставлены, хотя Милли точно помнила их порядок. Воздух в длинных коридорах порой становился густым и неподвижным, будто сама тишина здесь имела вес. Коллеги-слуги, немногословные и замкнутые, лишь переглядывались, когда Милли осторожно пыталась завести разговор о странностях.
Её любопытство, однако, оказалось сильнее страха. Поздно вечером, услышав знакомый шорох за дверью в восточном крыле, она нарушила главное правило. Лестница на третий этаж скрипела под ногами, каждый звук отдавался в тишине как выстрел. То, что она увидела в полумраке заброшенной комнаты, не было ни призраком, ни монстром из сказок. Это оказалось куда прозаичнее и страшнее: пачка старых писем, фотография с знакомым почерком на обороте, документ с её собственным, давно изменённым именем. Винчестеры не просто скрывали какую-то семейную тайну. Они знали о ней. Каждый её шаг здесь, с самого начала, наблюдался.
Теперь страх обрёл новое, чёткое очертание. Опасность исходила не от скрипа половиц или шёпота в пустых комнатах. Она крылась в спокойных глазах миссис Винчестер, в слишком внимательных взглядах слуг. Особняк был не просто домом со странными правилами. Он оказался ловушкой, двери которой захлопнулись за ней в тот миг, когда она переступила порог. И её собственное прошлое, которое она так отчаянно пыталась похоронить, уже стучалось в эти двери, угрожая разрушить хрупкое новое начало. Чтобы выбраться, Милли предстояло узнать, что же на самом деле скрывают Винчестеры, и понять, какую цену они готовы заплатить, чтобы их секреты остались в стенах этого безмолвного, роскошного особняка.
