Весной 1962 года Москва была потрясена серией жестоких преступлений. Преступник, действовавший под видом сотрудника коммунальной службы, проникал в квартиры доверчивых жителей. Его зловещая кличка — «Мосгаз» — вскоре зазвучала в сводках милиции и в разговорах перепуганных горожан. Владимир Ионесян стал первым в истории СССР преступником, которого официально признали серийным убийцей.
Он выбирал свои жертвы хладнокровно и расчетливо. Представившись работником, проверяющим газовое оборудование, мужчина легко получал доступ в жилища. Попадая внутрь, он оценивал обстановку, искал признаки достатка, а затем нападал. Его действия были продуманы до мелочей, что долгое время позволяло ему уходить от правосудия.
История этих преступлений оставила глубокий след. Матери шепотом предупреждали детей: «Не открывай дверь незнакомцам, а то придет «Мосгаз». Этот случай стал частью народного фольклора, символом страха, проникшего в самые безопасные, казалось бы, места — собственные дома.
Что же толкало его на эти ужасные поступки? Следователи и психиатры ломали голову над мотивами. Была ли это простая жажда наживы, ведь он забирал ценности? Или корни зла следовало искать в личной драме, в несчастной любви, о которой ходили смутные слухи? Возможно, главной движущей силой было патологическое, болезненное желание лишать жизни, которое он не мог контролировать. Его личность стала предметом долгих споров и анализа.
Дело Ионесяна стало знаковым для советской криминалистики. Оно заставило пересмотреть методы розыска, взаимодействие служб и даже подход к охране общественного порядка. Улики, собранные следователями, поведение преступника, картина преступлений — все это детально изучалось и впоследствии использовалось для раскрытия других сложных дел.
Эта мрачная страница истории навсегда останется напоминанием. Напоминанием о том, как зло может скрываться под самой обычной личиной, и о том, какой глубокий шрам оставляют подобные события в памяти целого поколения.
